Старик – еврей играет на баяне, Коробка рядом с мелочью стоит. Старик играет. А на заднем планеВесь Израиль обыденно гудит. Старик недавно въехал из Одессы. Профессор и немного музыкант. Играет он заученные пьесыИ жалким агора наивно рад. Старик не знает местного наречья, Он тут недавно _ тчо ему иврит. Немеют от баяна его плечи, И мучит в пальцах рук его артрит. Он доиграет слабенькую пьесу, Пойдет тихонько в ближний магазин... А вечером он вспомнит «за Одессу»И жалобно вздохнет старик – олим.
***
Россия вновь в огне, А я ее покинул, Мне надоели ваучеры там. Россия снов во мне, Ее я не отринул, В душе навечноВсероссийский гам. В душе навечноВсероссийский холод, И площадей, встревоженных, набат, И бесконечный наш российский голод, В котором наш народ не виноват. Я вижу все. Я даже вижу плахи, На площадяхИ палачей при них. И на ветруПолощатся рубахиНа депутатах проклятых твоих. Я вижу какОкрашенные кровью, Несутся псыНа сворке егерей. Россия мнеТы отомстишь любовьюЗа то, что я Отчаянный еврей. Ты за стихи, за гневные двустишья, Не раз меня на плаху возведешь. А в Тель-АвивеЯ навечно лишний, И все мечтыОб Израиле – ложь. Сюда не плохо приезжать купатьсяИ тут не плохо можно отдохнуть. Россия ж – дом. В который возвращатьсяЯ обречен...
